«Сын жив – остальное потом!»

– Папа, я взорвался! – с такого телефонного звонка началась эта невероятная история о силе духа, патриотизме и ЛЮБВИ с большой буквы.

Сегодня отец и сын, Алексей и Ярослав Кабановы, – успешные и счастливые люди. Всё позади. Сын, несмотря на отсутствие обеих ног, недавно женился. Отец смог выдохнуть – ему удалось в буквальном смысле вернуть к жизни своего Ярика. В память о погибших на СВО саперах они построили большой блиндаж-музей в полях под Вислой – копию того, что остался у Белогоровки.

Но тот ад, через который им обоим пришлось пройти, отец и сын не забудут никогда. Это уже стало историей – тем самым семейным преданием, которое будет передаваться из поколения в поколение.

На волосок от смерти

…Это случилось 7 августа 2023 года. Ярослав в одиночку ушел на разминирование прохода для штурмовиков. Задачу он выполнил. Но возвращаясь обратно, подорвался на мине… Одну ногу оторвало, вторую размозжило. А вокруг никого и раннее утро.

Сразу после взрыва Ярослав набрал номер отца и проговорил: «Папа, я взорвался!» Этот звонок кому-то может показаться глупым детским поступком, ведь только дети, получив травму, бегут к родителям за помощью. Возможно, у 26-летнего бойца сработал тот самый детский инстинкт. Неважно! «Я понял, что, возможно в ближайшие минуты потеряю сознание и уйду из жизни, поэтому позвонил отцу – хотел попрощаться с родными», – скажет потом Ярослав.

У отца, в свою очередь, сразу после звонка сына тоже сработал мощный, отцовский инстинкт. Или та самая, безусловная, родительская любовь. Называйте, как хотите. Услышав страшные слова, мужчина, будучи за рулем, развернул машину и сразу же поехал в зону СВО.

Бывший военный, воин-афганец, Алексей Кабанов шел напролом – он объехал несколько полевых госпиталей и нашел сына. Увидев Ярика на больничной койке, отец заплакал – от ужаса и… радости. Сын жив. Жив! А всё остальное – потом.

– Никакой надежды, что дозвонюсь до дома, не было. Связь на том участке очень плохая. Но каким-то чудом отец взял трубку. Когда услышал его голос, на меня накатила невероятная жажда жизни, мне так захотелось выжить и обнять своих близких! Маму, отца, брата и сестру. Наложил себе шину и сделал укол, а потом на локтях пополз в ту сторону, где наши. Доползти до них было нереально. И вдруг, совершенно случайно, меня издали заметил штурмовик… – вспоминает Ярослав.

Истекающего кровью бойца триста метров волоком тащили до пункта эвакуации. В полевом госпитале наложили первые швы. Врач позже сообщил отцу: «Шансов выжить у него было мало».

Мы вместе

– Когда Ярослав позвонил и сказал, что подорвался, я был за рулем. Мы с женой ехали в санаторий, проезжали Краснодар… Решение пришло сразу. Супругу решил не тащить за собой в зону СВО, да она могла и не выдержать этого кошмара. Оставил в Краснодаре, а сам рванул к сыну. Мне как офицеру в отставке и воину-афганцу не должны были отказать в пересечении границы, – вспоминает Алексей Кабанов.

С той минуты, когда Алексей Викторович нашел сына, он больше не оставлял его. Ухаживал, сопровождал по госпиталям – Ростов, Москва… Вторую ногу сохранить не удалось. Долгое время Ярослав балансировал между «улучшениями» и «ухудшениями». Лечение и реабилитация были долгими и в разных точках страны. Но отец всегда находился рядом. И когда к сыну начала подкрадываться депрессия, продолжал убеждать: вместе мы все преодолеем. И у них получилось!

Депрессия и стройка

– После возвращения домой в Вислу Ярослав пал духом. Передвигался только на инвалидной коляске. Никаких планов на будущее у него не было, лишь четыре стены. Каждый день к нему «слетались» сочувствующие его горю друзья-товарищи. Конечно, не с пустыми руками – глушили депрессию алкоголем. Это длилось несколько месяцев. Мы с женой уже не знали, что делать, как вытаскивать парня… – вспоминает отец.

Бывший военный Алексей Кабанов не привык опускать руки, он начал искать хорошего протезиста. В голове пульсировала одна только мысль: «Сын должен ходить!»

Ярослав видел, как отец старается ему помочь, и не хотел его расстраивать, но и изменить ситуацию был не в силах. Перелом произошел, когда ему предложили начать тренироваться в команде по следж-хоккею, на что он согласился только ради отца. Не верил, что получится. Но затянуло. Сейчас Ярик – в основном составе, а в копилке тольяттинских хоккеистов золотая медаль на чемпионате страны.

– Со временем я нашел в Тольятти хорошего ортопеда-протезиста. Он сделал для Ярослава подходящие протезы. Сын научился ходить! Большего счастья мне и не нужно было, – говорит отец.

Ярослав не просто начал ходить. У него появились планы. Основной – увековечить память погибших ребят.

Блиндаж – это память поколений

– Там, под Белогоровкой, у нас был небольшой блиндаж. В нем отдыхали после боевых заданий наши ребята из саперной группы. Не все возвращались назад – к теплой печке, кружке с чаем. Сколько их погибло… Но все они должны остаться в памяти людей, – говорит Ярослав.

На окраине Вислы, в живописном месте, где Ярославу выделили землю как участнику СВО, боец решил построить блиндаж-музей памяти погибших в спецоперации ребят. Плечо подставил отец, а еще односельчане. В лесхозе бесплатно выделили бревна. Началась стройка. Основную работу взял на себя отец…

– Работали мы несколько месяцев. Сейчас стройка завершена, остались внутренние работы. Нам удалось практически воссоздать тот самый блиндаж, который был у Ярослава на СВО. Правда, сделали его немного большим, чтобы хватало места для посетителей, – рассказал Алексей Викторович.

Неровные ступеньки, уходящие глубоко под землю, а в самом низу – землянка, обнесенная неотесанными бревнами. В углу – печка-буржуйка. На стене – фотографии погибших бойцов. Среди них есть и парень из Вислы – Дима Васильев. Его отец Игорь тоже участвовал в строительстве блиндажа.

– Мы готовы повесить здесь фотографии и других ребят из Ставропольского района. Пусть это будет общий музей памяти погибших в спецоперации, – говорит Ярослав Кабанов.

Снаружи около блиндажа планируется небольшой учебный полигон для школьников, чтобы разнообразить экскурсию. Хотя одного спуска под землю в этот рукотворный музей уже достаточно, чтобы понять, вспомнить, осознать…

Счастья молодым!

О женитьбе Ярослава на прекрасной девушке Тане мы не стали много расспрашивать – счастье любит тишину. Сам он поведал, что познакомился с будущей супругой в интернете. Сначала не стал ей рассказывать о своей инвалидности, а потом решился… И Таня не отвергла его, просто ответила: «Это не имеет никакого значения».

Сама Татьяна коротко сообщила о себе, что раньше работала юристом, а сейчас оформляется как самозанятая, чтобы развивать собственный малый бизнес. Молодые светятся счастьем, смущенно обнимаются. А отец… отворачивается, чтобы смахнуть слезу. Это тоже любовь. Отцовская.

Любовь Шабалина