Крайняя ходка стала последней…

Продолжаем писать Книгу Памяти о погибших на СВО жителях Ставропольского района.

Дмитрий Боков (25.10.1988 – 29.04.2024)

Каждый вечер спокойную размеренную жизнь Лидии Александровны прорезает звук будильника. «Привет, Димка», – с грустью произносит женщина. «Еще один день прошел без тебя, но ты все равно с нами».

Личные вещи погибшего на СВО Дмитрия Бокова, в том числе и часы-будильник (заведенные на 20.30), передали его старшей сестре Лидии. Она всегда была его опорой и поддержкой. Даже когда оба стали взрослыми людьми и обзавелись семьями, Лида продолжала чувствовать особую ответственность за младшего брата.

– Димка мне больше чем брат, это мой ребенок! Ведь это я упросила родителей родить мне брата, а потом нянчила, воспитывала, ну а когда он вырос – мы дружили семьями, – говорит Лидия.

Именно сестре Дмитрий писал с фронта каждый день. Последняя эсэмэска была 27 апреля 2024 года, а через неделю Дмитрий должен был приехать в отпуск домой, в свое любимое, хоть и не так давно ставшее домом, Нижнее Санчелеево.

– Это моя крайняя ходка перед отпуском, Лида! Но знаешь, на этот раз задание из таких… откуда не всегда возвращаются. Так что знай, если что… – сообщил радостную и в то же время тревожную весть Дима своей сестре перед уходом.

Последняя вылазка спецназовца Дмитрия Бокова, который ее суеверно называл «крайней», была из разряда штурмовых. До этого он выходил в основном на задания по части разведки. Но в этот раз поступил приказ выйти на штурм населенного пункта, где шло активное сопротивление со стороны противника.

Когда начался массированный обстрел, группа Димана (как его называли сослуживцы) укрылась в подвале дома. Поступали разноречивые сведения, но выходить было опасно. Сам Диман как мог поддерживал дух бойцов – хохмил, балагурил, отвлекал от ощущения нависшей смертельной угрозы. Когда двое молодых ребят вышли наверх покурить и оглядеться, Дима не пошел за ними, лишь встал за стену. Буквально сразу же по ребятам выстрелили из орудия – снесло и ребят, и стену, и Димана…

– К вечеру мы, оставшиеся в живых, кое-как выбрались из этого подвала и вернулись в блиндаж. А ночью забрали тело Димана. Мы не могли оставить нашего товарища там. Сделали все, чтобы его вернули на Родину и похоронили по-человечески, – рассказал впоследствии один из сослуживцев Димана, который был с ним в той смертельной «ходке».

Лида узнала о гибели брата последней. Уже знало все село, родственники, соседи. Но никто не осмеливался ей позвонить и сообщить об этой беде. Начали подготавливать – дескать, ходят слухи, что с Димой что-то случилось. Лида бросилась обрывать телефоны. А когда приехали сотрудники военкомата, она сразу все поняла и… попятилась назад, не желая принимать эту новость. Сзади женщину от падения удержал муж.

***

– После смерти Димы в моей памяти стали всплывать забытые эпизоды о нем – из детства и взрослой жизни. Я вспомнила очень многое. Может, потому, что не могу перестать думать о нем, хотя прошло уже два года, – признается Лида.

…На дворе стоял 1988 год. Новость о том, что Лида скоро станет старшей сестрой, родители привезли ей в пионерский лагерь. Она была счастлива до небес. Бегала по лагерю и всем сообщала, что ее мечта сбылась – скоро у нее будет младший брат или сестра.

– Помню, как мы с папой на осенних каникулах поехали забирать маму из роддома. Димка в одеялке был такой скукоженный и одноглазый, но с первого же взгляда самый родной и любимый, – вспоминает Лидия.

Младшего брата и сына в семье Боковых, конечно, опекали. Родители души не чаяли в Диме, но тот не вырос «маменькиным сынком», а стал настоящим мужчиной, который умеет принимать решения, отвечать за свои поступки, ставить цели и выполнять их.

***

Родители Димы и Лиды были простыми рабочими на автозаводе. В семье всегда была атмосфера любви и понимания, при этом дети с малых лет стремились к самостоятельности (как это было, впрочем, во всех советских семьях). Лида забирала брата из детского сада, кормила ужином, укладывала спать. Для нее это было не в нагрузку, а привычное дело. Ну а Димка быстро повзрослел, начал увлекаться разными видами спорта и уже в старших классах выглядел, да и позиционировал себя как взрослый мужчина.

– В средних классах Дима серьезно занимался велосипедным спортом. Однажды его сбила машина, и спортивный велосипед превратился в руины. Дима пришел домой весь в крови и разрыдался – ему было жалко не себя, а свой классный велосипед. Впоследствии они с отцом долго его чинили. Но у Димы уже пропал запал. Он увлекся тяжелой атлетикой, – вспоминает Лидия.

***

– Дима завел семью очень рано, в 17 лет. С девушкой Машей они начали встречаться в старших классах, и, когда она забеременела, он привел ее к нам домой «навсегда». Родители были не против. Дима перевелся с дневного отделения колледжа на вечернее и пошел работать, чтобы содержать жену и ребенка, – рассказывает Лида.

Никто не знал, тяжело ли было молодому отцу учиться, работать и помогать жене с грудным ребенком – Дима никогда ни на что не жаловался. Он шел по жизни… смеясь. Да-да, вечная улыбка и смех сопровождали его всегда. «Возможно, это была его защитная реакция? Может, таким образом ему было проще не показывать вида, что тяжело, грустно или тяготят какие-то проблемы», – задумывается сейчас Лидия.

Вселенная благоволила смеющемуся Дмитрию. Через несколько лет после рождения дочки на свет появился сын Ваня. А затем сбылась мечта – переехать жить в сельскую местность. Он продал доставшуюся ему в наследство от бабушки однокомнатную квартиру, взял ипотеку и купил добротный дом в Нижнем Санчелеево. Это село сразу запало ему в душу, и перед уходом на СВО он даже завещал родным похоронить его «в этом родном болотце».

Став сельским жителем, Дима сразу завел своих любимых кроликов, а также целый птичий двор – кур, уток, гусей, индюков. А еще козу и свинью редкой породы. Вместе с женой и детьми Боковы вели хозяйство, возделывали огород. А потом вдруг случился… развод и разъезд.

Семейная жизнь Дмитрия рухнула, как это часто случается в ранних браках. Супруги развелись и разъехались. Новая жизнь затягивала в свой водоворот, перед Дмитрием снова стояла цель – выкупить до конца дом в Нижнем Санчелеево. И ему это удалось, правда, уже при помощи службы в зоне СВО…

– Дима, как всегда смеясь, поставил меня перед фактом – дескать, подписал контракт, ухожу на СВО. Никакие мои крики и рыдания не могли изменить его мужского решения. В феврале 2023 года он уехал на фронт, – рассказывает Лидия.

35-летнего Дмитрия Бокова зачислили в 3-ю бригаду спецназа: в армии он прошел спецназовскую школу. Имел за плечами прыжки с парашютом, усиленную подготовку. На фронте Дмитрий свой путь начал с разведки. Такие – подготовленные, спортивные, смелые – ребята на передовой всегда на вес золота. В первый же год службы Дмитрий был награжден медалью «За отвагу» – за проявленные в боях мужество и героизм.

– Весной 2023 года Дима мне позвонил и, хохмя и балагуря, сообщил, что ранен. Вскоре врачи отпустили его на лечение в самарский госпиталь, и он приехал на родную землю. Здесь ему достали несколько осколков из рук и пальцев, шло долгое заживление, он не мог держать оружие в руках. Поэтому до декабря находился при тольяттинской военной части. Это было большим счастьем для нас. Мамы уже давно нет в живых, а вот папа еще был с нами и очень радовался такому длинному отпуску сына, – говорит Лидия.

Перед отправкой на фронт Лида устроила для брата настоящий праздник в честь его 35-летия. Накрыла большой стол, украсила дом (уже полностью выкупленный), позвала родных и близких.

– На юбилейном торте я зажгла 35 свечей, загадала желание («чтобы Дима вернулся с фронта живым»). Брат тоже загадал и задул все свечки сразу. Но все же мне было немного грустно на душе, словно предчувствие было какое-то, – вспоминает Лидия.

…Дмитрия Бокова привезли в закрытом цинковом гробу, и у Лидии не было возможности увидеть его.

– Наверное, поэтому мне все время мерещится, что он вот-вот позвонит или приедет, зайдет в дом со своим вечно смеющимся, невозмутимым взглядом, – говорит сестра. – Никак не могу его отпустить, ведь он мне был как ребенок. Я всегда была за него в ответе…

Вечная память герою!

Любовь Шабалина