Как калмыцкие казаки доход с земли получали

Прошло почти 80 лет с поселения калмыков на Ставропольской земле, а «приохочивания к землепашеству» вековых кочевников не произошло. Тем не менее руководство Калмыцкого войска понимало, что земля – это актив, который может приносить существенный доход, и всеми способами старалось доказать Сенату и Правительству, что без достаточного количества земли казаки-калмыки не смогут нести службу: нужно покупать и содержать оружие, лошадей, да и семья должна быть обеспечена.

Первые контракты на сдачу земель в аренду заключались ротами самостоятельно. Земельные угодья, как правило, сдавались за бесценок и на сроки продолжительностью до 40 лет. Вырученные деньги делились между ротными калмыками. В 1820 г. последовал Указ, запрещавший сдачу земли более чем на 12 лет. Наконец, чтобы навести в этом вопросе хоть какой-нибудь порядок, 2 февраля 1833 г.

оренбургский губернатор Павел Сухтелен предписал заключенные контракты предъявлять на его утверждение. Но и это требование не внесло существенных изменений. Роты по-прежнему сами вступали в торги с контрагентами, получали деньги, а Войсковая канцелярия по просьбе владельцев только утверждала контракты.

В конце концов командир Оренбургского иррегулярного корпуса Василий Перовский добился, прекращения практики бесконтрольной аренды калмыцких земель. В соответствии с утвержденными в 1836 г. «Правилами», признавались недействительными все договоры на пользование земельными угодьями, заключенные «по словесным условиям и незаконным частным сделкам, нанятым у калмык с ведома и без ведома Войсковой канцелярии». Арендаторы, изъявлявшие желание и в дальнейшем пользоваться калмыцкими землями, должны были приобретать у ротных командиров билеты с прописанными условиями аренды. Теперь она не должна была превышать 3-4 лет на распаханные земли, а сенокосные угодья и вовсе сдавались только на одно лето.

Фиксированными становились и арендные платежи. В первый год арендаторы платили по 5 руб. ассигнациями (приблизительно 1 руб. 43 коп. серебром) за десятину, а в оставшиеся годы по три рубля ассигнациями или по 86 коп. серебром. До окончания срока аренды под действие «Правил» не подпадали земли, сделки на которые были заключены крепостным порядком.

Сдача в кортомное содержание* свободных земель отныне приобрела общевойсковое значение. Вырученные от аренды деньги перестали распыляться между обывателями, они превратились в основной источник формирования войскового капитала.

Приток арендных платежей быстро привел к профициту войскового бюджета. 1 апреля 1838 г. атаман Ставропольского войска полковник Золотарев обратился за разрешением на размещение части общественного капитала в размере 15-20 тыс. руб. в Симбирском приказе общественного призрения для приращения процентов. На деньги от сдачи в аренду земли командование Ставропольского войска покупало государственные ассигнации.

Вдохновленная высокими и быстрыми доходами, Ставропольская войсковая канцелярия развернула агитационную работу на предмет привлечения окрестного населения к аренде калмыцких земель.

Претворение этой задачи было поручено сотнику Канцелярии, войсковому старшине Стешкину. В начале 1840 г. он совершил инспекторскую поездку по Войску для проверки состояния розданных ротными командирами земельных угодий. С успешной деятельностью Стешкина по «вразумлению и приохочиванию крестьян брать с выгодою для них калмыцкие земли» войсковой атаман связывал увеличение к концу года приходной суммы почти на 10 тыс. руб.

Итог агитационной работы: в 1840 году собираемые арендные суммы увеличились на 10 000 рублей, в следующем, 1841 г., возросли еще на 11 000 руб. и достигли рекордных 46 198 руб. 95 коп. – суммы, в 2 с лишним раза превышавшей показатели 1836 г.!

Перераспределение доходов от аренды в пользу войскового капитала и насаждение общественной запашки, возможно, связано с еще одной значимой хозяйственно-экономической тенденцией: калмыки более активно, пусть даже и с посторонней помощью, сами начали заниматься хлебопашеством. В пункте №6 «Правил» аренды калмыцких земель говорилось о праве войсковых обывателей посредством найма «распахивать и засевать землю, сколько пожелают» безвозмездно. Гарантией от возможных злоупотреблений указанным правом служил запрет «отдавать сторонним поселянам земли с получением от них половины или другой части урожая, или другого какого-нибудь вознаграждения».

В итоге только за три года числившиеся за калмыками посевные площади увеличились более чем на 67,9% – с 1741,5 десятины в 1840 г. до 2925 десятин в 1842 г. Львиная доля посевов приходилась на хозяйства войсковых чиновников и зажиточных калмыков. Так, в 1840 г. за хорунжим Доржиевым в Ягодинской роте числилось 95 десятин засеянной земли, за хорунжим Церемжановым – 85 десятин.

Приведенные цифры настолько впечатлили войскового атамана, что он даже запросил у корпусного начальства уточнений: «Сколько десятин могут засевать калмыки без платы в войсковой капитал, так как некоторые из командующих ротами и зажиточные казаки засевают более пятидесяти десятин в год?»

К занятию земледелием переходила не только зажиточная часть войскового населения, но и некоторые калмыки с более низким достатком, на что указывают данные о минимальных размерах посевных площадей, зафиксированные на уровне четверти десятины. Правда, стоит отметить, что большинство калмыков не сами обрабатывали землю, а нанимали крестьян из близлежащих деревень, а урожай продавали «на корню», снимая с себя заботу о его уборке.

…Но 24 мая 1842 г. Николай I подписал Указ на имя управляющего Военным министерством о присоединении Ставропольского калмыцкого войска к Оренбургскому казачьему войску, а уже в 1843–1844 годах калмыки совсем покинули Ставропольскую земли.

* Договор имущественного найма, сдача в аренду

Рубрику ведет краевед Аркадий Эстрин

—

Источники:

1. С.В. Джунджузов. Наделение землей и землепользование казаков Ставропольского калмыцкого войска (середина XVIII в).
2. В.Н. Витевский. И.И. Неплюев и Оренбургский край в прежнем его состоянии до 1758 года. Казань, 1898.
3. РГИА Фонд 379. Опись 1. Дело 455. Дело о земельных спорах между ясачными крестьянами села Ягодного и калмыками Ягодинской роты Ставропольского уезда Симбирской губернии 20 июня 1821 года – 11 октября 1927 года.
4. РГИА Фонд 379. Опись 4. Дело 505. Дело о размежевании лесных дач, отрезанных от села Ягодного Ставропольского уезда между калмыками и государственными крестьянами 1815–1825 гг.