Вячеслав Бочаров: «Хочу, чтобы говорили: верю!»

В родном селе Вячеслава Бочарова, актера театра «Колесо», знает, кажется, каждый. Он устраивал здесь спортивные праздники, работал с молодежью, создал вокальную студию «Жар-птица», где учит детей смело звучать на сцене. К тому же сам пишет стихи и песни, и в них тоже слышится голос Ташёлки. А в день 250-летия малой родины, когда несколько часов подряд «держал» праздник, с ним познакомились и многочисленные гости, и артисты, приехавшие на юбилей.

С Вячеславом мы беседуем о роли театра в жизни зрителя, о его ролях, как он ищет в каждом герое что-то свое, почти личное. И не только об этом.

– Вы недавно вступили в возраст Христа – 33 года, что считается временем определения своего предназначения. Нашли ли ответы на вопросы, для чего пришли в этот мир?

– Я понял, что иду по верному пути и что мое будущее расписано десятками идей, которые ждут своего часа. Но пока говорить о них не хочу.

– Есть ли какая-то особенная традиция на день рождения, без которой праздник будто и не праздник?

– Прежде не было, а недавно появилась – на следующий день выходить на сцену. В этом году я играл Полисмена в постановке «Моя жена – лгунья».

– Актер может прожить сотни жизней на сцене: быть женатым на лгунье, иметь детей. А что у вас в реальности?

– Думаю, у меня всё впереди. С детьми я начал работать практически сразу же после армии. Пять лет был специалистом по работе с молодежью. Мои воспитанники побеждали во многих конкурсах. В «Красе Ставропольского района» в 2017-м корона досталась Алсу Аюповой (читатели знают как руководителя школьной медиастудии в Ташёлке PROмир. – Прим. авт.), а потом спустя семь лет помогал готовиться другой землячке – Наталье Дворянкиной, и она тоже получила титул главной красавицы района. В общем, с красавицами умею работать. (Улыбается.)

– Да вы и сам красавец! Ох, непривычно делать комплименты мужчине… Я и о вашей роли в спектакле «Красавец мужчина». Как попали в театр? Где учились?

– Здесь! (Вячеслав обводит глазами холл здания Татищевского университета, где наша редакция арендует офис. – Прим. авт.). Идя к вам, встретил однокурсника, он здесь преподает. Я отучился на театральном отделении благодаря бабушке, хотя поступал сначала в «пед» – мама очень хотела, чтобы я стал учителем истории. Но институт бросил тайком от родственников. Все всё, конечно, узнали… И бабушка как-то обмолвилась: «Слава, может, тебе в актеры податься?» Я это запомнил. И потом поклялся ее памятью, что получу диплом.

Мама до сих пор преподает историю, бабушка учила детей химии. А вот моя тетя, ваша коллега из Тольятти, тоже хотела играть на сцене. Тогда ей строго-настрого запретили. И тетушка выучилась на химика-биолога. У нас с ней несколько переплетаются судьбы: мы – творческие личности и в некоторых вопросах не слушаемся родственников.

– Кого играете в «Красавце мужчине»?

– Персонажа зовут Жорж. Есть и второй – Пьер. Два таких солнечных «звездодуя», как называют коллеги этих героев. Они кутят, веселятся, распускают слухи, словом – прожигают жизнь. Пользуясь случаем, приглашаю на премьеру, которая будет 27-29 ноября.

– Как получить много ролей в спектаклях? И нужно ли много ролей? Или достаточно двух-трех в сезоне, но главных, значительных?

– Давно уже не считаю, сколько играю ролей в сезоне. А когда начинал, будучи еще студентом, вел счет, думая про себя: «Ох, ничего себе, много!» Сейчас куда спокойнее отношусь и к числу ролей, и к успеху… Считаю, нужно всегда стремиться к большему. И когда ты востребован, это рост, опыт…

– …слава?

– Может, и слава, но не тщеславие точно. Просто хочется не стоять в очереди за ролью, ну и чтобы режиссеры, коллеги, зрители говорили: верю!

– Каково это – играть на одной сцене с народной артисткой России Натальей Дроздовой, с другими именитыми коллегами?

– Я счастлив, что работаю с ними. Мне вообще в жизни везет на хороших людей, а в театре – на талантливых партнеров по сцене. Впервые с Натальей Степановной я играл, будучи еще студентом второго курса. Сейчас в труппе «Колеса» много мастодонтов… И опять задействованы в постановках студенты. Это огромный опыт для молодых и свежая кровь для труппы.

– Часто ли приходится примерять на себя образы героев, которые противоречат вашему характеру? Как вживаетесь в роль? Какая самая-самая?

– Все актеры играют и положительных, и отрицательных героев. Правда, мне «плохие» персонажи достаются нечасто. И это радует. Злодеев играю в основном в детских постановках.

Горжусь ролью слепого парня Дональда Беккера в постановке по пьесе Герша «Эти свободные бабочки». В 90-е основатель театра Глеб Дроздов ставил этот спектакль. А потом его ученик, мой педагог, Олег Ринге стал режиссером новой постановки «Шестое чувство» по этой же пьесе и пригласил меня на роль главного героя. Я готовился основательно: ходил по улице с закрытыми глазами – произносил мысленно текст, отсчитывал шаги, думая, как лучше пройти, куда свернуть… Было непросто. Но роль удалась. Зрители говорят, они помнят меня в образе Дональда.

В спектакле «Корпоратив, или О чем говорят мужчины» играю айтишника, у которого пока не было серьезных отношений с женщинами. Тоже один из любимых персонажей, в его характере есть черты, присущие мне. На эту роль был кастинг в театре, и мне удалось убедить режиссера, что я – тот самый.

Любимых ролей много, но назову лишь еще одну – стражник в спектакле «Гамлет», после которой меня позвали в театр, и я понял, что это – мое. Нас, несколько студентов-второкурсников, пригласили в массовку, но артистов не хватало и двум-трем парням дали роли стражников со словами. После этого спектакля меня позвал в Молодежный драмтеатр Тольятти Владимир Лукич Коренной… Часто вспоминаю то время с особой теплотой…

– Есть ли у вас награды за театральную деятельность?

– Когда работал в Омском театре, меня признали лучшим дебютом сезона.

– Как вас занесло в Сибирь?

– Я ушел из МДТ, решив испытать себя – попробовать играть там, где обо мне никто ничего не знает. Ну и так как в Омске живут родственники, поехал туда. Меня тепло приняли в театре, я же говорю: мне везет на хороших людей… Отыграл почти два сезона, получил награду и… вернулся домой. Не зря – попал в «Колесо».

– Вячеслав, вы в театре работаете, трудитесь или служите?

– Я всегда говорю, что служу. Мне нравится слово «служить» больше, чем «работать», в нем нет корня «раб». (Смеется.) Я служил в армии, мог бы служить в храме. Будучи школьником, часто приходил в храм села Ташёлка, батюшка меня прочил в алтарники. Но я тогда не решился. Дороги были мое время, моя свобода.

– Зритель, кто он для вас: друг, собеседник, критик?

– «Собеседник» – подходящее слово, «друг» и «критик» тоже неплохо. Критика от зрителя очень важна. Ведь всё, что происходит на сцене, – это для него. Кем были б мы, актеры, без зрителя? В то же время мы привносим добро, радость в его жизнь. Как говорил Гоголь: «Театр – это такая кафедра, с которой можно много сказать миру добра». В наше непростое время это особенно важно. Театр – хорошая терапия, расслабление и отвлечение. В отличие от кино, где сцену можно снять хоть с сотого дубля, в театре всё по-настоящему.

– Вас приглашают сниматься?

– Много раз! Я шел в профессию с одной целью – стать актером кино. А сейчас любовь к театру всё победила. Но, возможно, поступит такое предложение, от которого ёкнет сердце, и я соглашусь сыграть даже в массовке. Недавно в Тольятти снимали фильм про майора Огородникова, в нем много моих коллег приняли участие. Буду наблюдать за ними в кадре.

– Что делают актеры, когда заканчивается театральный сезон?

– По большей части отдыхают, но случаются и «халтурки» – кто-то ведет свадьбы, концерты. Мой отпуск в этом году начался с того, что я вел грандиозный праздник – 250-летний юбилей родной Ташёлки. И побил все собственные рекорды – программа длилась пять часов, при этом стояла жара за 30 градусов. Было эмоционально непросто и физически нелегко. Но оно того стоит.

– Прочитав несколько ваших стихов, я нашла в них похожую на есенинскую грусть по родной деревне. Вы действительно искренне любите Ташёлку или играете?

– Когда учился в старших классах, стеснялся, что я деревенский. Встречаясь с друзьями в городе, мне было непросто в этом признаться. А потом, в армии, понял: Ташёлка – самое родное, самое лучшее место на земле. И несмотря на то, что у меня работа в Тольятти, я Ташёлку по-прежнему люблю, не бросаю и стремлюсь приносить ей посильную пользу.

– «Лучшая девушка планеты Земля» – кто она, кому посвящены эти стихи?

– Они написаны очень давно, это собирательный образ… Хотя он подходит для моей девушки.

– Насколько важно для актера состояние счастья? Когда роли лучше удаются – на нерве или когда в душе всё искрится и бабочки в животе?

– Мне кажется, быть счастливым важно не только актеру. Это про всех. Счастливый человек – он совершенно другой: глаза горят, хочется горы свернуть или кричать на весь мир, как здорово жить. Я это по себе знаю.

Ольга Баркалова